Труды Бааль Сулама / Письма / Письмо 19
От 8 Адара 5685 (1925) г. — Раби Йехуде Цви Брандвейну
С божьей помощью, 4 Тецаве 5685 года, Варшава.
Уважаемому моему другу, мохера раби Йехуде Цви, н.и., на вечные времена:
Два твоих последних письма от 21 Швата и 25 Швата я получил, и я удивлен, почему ты еще не получил письмо от своего брата, н.и., который написал мне 21 Швата, что оно прибыло к его отцу для нас, а 25 Швата он больше вообще ничего не сообщил мне об этом письме.
Тебе следует написать своему брату, что у нас на руках имеются четыре важные рекомендации (хаскамот) и удостоверения из Польши — а именно от адмора из Островца, шлита, адмора из Калушина-Отвоцка, шлита, адмора из Соколова, шлита, и раввина, ав бейт дин Калушина. Однако сердце подсказывает мне, что твой отец не согласится с этим.
И меня удивляет, что на квитанциях Махацит ха-Шекель руководство (ханала) не подписало свои имена печатью, а также вы по меньшей мере не напечатали свидетельства от раби Хаима и раввина Рахова.
На прошлой неделе я нашел одного посланника (шалиах), а на этой неделе надеюсь получить еще двух посланников, с божьей помощью. Однако время поджимает, ибо это последний момент, и Всевышний наставит нас, как подобает.
Я подумываю ехать через Триест — Александрию — и оттуда почтовым пароходом в Иерусалим, и, с божьей помощью, я отправлю телеграмму в надлежащий срок.
Сообщи мне, получила ли твоя жена какую-либо поддержку от варшавского колеля этой зимой и сколько она получила, ибо здешний президент сказал мне, что в течение Тишрея, Хешвана и Кислева он отправил восемьсот фунтов членам колеля. И даже зная, что я уже не дома, тем не менее эта информация верна и на будущее.
А что касается того, что было написано на полях письма от имени нашего друга раби Давида Минцберга, йихи нецах, — я уже ответил ему должным образом в ту самую минуту, когда получил его письмо. Но что я могу поделать с тиранией течения времени, которая не в моих руках? Во всяком случае, пусть он ждет моего благополучного прибытия, с божьей помощью, и тогда мы уладим этот вопрос.
Точно так же нашему другу раби Моше Баруху, н.и., я ответил вовремя. Однако из-за частых забот письмо все еще лежит в моем ящике, и теперь я отправлю ему. Намеренно я не писал ему ничего нового, а лишь то, что он уже слышал несколько раз, дабы он понял это досконально.
Наш друг раби Моше Яир, йихи нецах, пишет мне краткие приветствия на полях письма; однако он не счел нужным сообщить мне, получил ли он ответы на свои вопросы. Судя по всему, он погружен в пучину своих огромных забот; да помилует нас Всевышний вскоре.
И вообще я замечаю большую усталость среди товарищей, как я и предполагал заранее. Во всяком случае, пусть они осознают свое положение таковым, каково оно есть, и не обманывают себя измышлением заслуг (лимуд зхут) по обычаю любящих свое тело. И в этом я не сомневаюсь ни на минуту, что из всего этого произрастут великие утешения и спасения, с божьей помощью.
И блажен врач, если больные не пренебрегают его лекарственными средствами, пусть даже больные так сильно страдают, пока не поймут этого — а я не могу распространяться об этом в данный момент.
Написал Йехуда Лейб.
И передаю привет моему другу раби Шломо Залману, н.и. Я не знаю, почему он сердится на меня, ведь я уже написал ему два письма, включая ответ на его первое письмо ко мне, и он непременно их получит. Когда Всевышний дарует мне облегчение, я долго и с любовью поговорю с ним, и да исполнит Господь его прошения во благо.
Как желает его друг,
Йехуда Лейб