Труды Бааль Сулама / Письма / Письмо 25
От 16 Мар-Хешвана 5687 (1926) г. — Раби Леви Ицхаку Краковскому
16 Мар-Хешвана 5687 года, Лондон.
Уважаемому моему другу, мохера раби Леви Ицхаку, н.и., на вечные времена:
Твое письмо от 13 Тишрея я получил. А то, что ты пишешь мне: «Я в огромной, несравненной мере осознаю, как сильно я нуждаюсь во внешних умервщлениях плоти (сигуфим), чтобы исправить свою внешнюю сторону» — досюда твои слова. Я же говорю, что ты не нуждаешься в умервщлениях и не нуждаешься в исправлении внешней стороны. И кто научил тебя этой новой Торе? Это не что иное, как то, что ты не прилеплен ко мне так, как прежде, и потому ты охраняешь чужие виноградники.
Однако у тебя нет другого столь же верного друга во всем твоем мире! И я советую тебе: исправляй не свою внешнюю сторону, а исключительно свою внутреннюю, ибо только твоя внутренняя сторона подлежит исправлению. И главное, из-за чего портится внутреннее — по причине множества грехов, — это скверна (зохама), и признак ее — эгоизм (йешут) и гордыня (гаава). И эта скверна не боится никаких умервщлений в мире, и более того, она любит их, поскольку эгоизм и гордыня умножаются и укрепляются благодаря умервщлениям.
Однако, если ты хочешь очистить себя от грехов, тебе следует заняться сокрушением эгоизма (биттуль а-йешут) вместо умервщлений — то есть чувствовать себя самым ничтожным и худшим из всех пришедших в этот мир. Для понимания этого требуется немало учебы и постижения, и каждый раз нужно проверять себя, не обманываешь ли ты самого себя и не лукавишь ли, а также помогает смирять себя на практике перед товарищем.
Однако следует остерегаться смирять себя иначе как перед достойными людьми, а потому, если захочешь заниматься этим на практике, ты можешь аннулировать себя перед нашим братством (хеврая), а не перед чужими, упаси бог. Но в мыслях ты обязан достоверно знать, что ты худший и нижайший из всех людей мира, ибо такова истина.
И вот, этот мой совет чист и легок, и даже слабый человек сможет исполнить его со всей силой, ибо он не ослабляет телесных сил и является совершенной чистотой. И хотя я не говорил тебе об этом, это потому, что ты не нуждался в этом столь остро: ведь когда ты был прилеплен ко мне в одном месте, ты мало-помаду сам по себе осознавал свое ничтожество, без всяких учений и действий. Не то теперь, когда ты не со мной в моем месте — тогда ты обязан заниматься сокрушением эгоизма вышеуказанным образом.
А главное — умножать молитву и укреплять упование на то, что Всевышний дарует тебе успех удостоиться полного раскаяния (тшува) и узнать, как прилепиться к Нему, благословен Он, вечной связью, ибо это главное, и по этому отличают служащего Богу от неслужащего Ему. И не давай покоя себе и не давай покоя Ему, пока Он не простит все твои грехи и преступления и не приблизит тебя к себе навеки и во веки веков.
И ты должен прилепиться ко мне сильнейшим образом так, чтобы пространство не разлучало нас, ибо наши мудрецы сказали: «Прилепись к жирному — и сам станешь жирным» (Ктубот 77б), что является великим принципом из методов обучения Бельного Шем Това — соединяться с праведниками; и если бы у тебя была мудрость понять это. И поверь мне, что с моей стороны нет никаких препятствий и тягот, и если бы я знал, что могу сделать вам больше добра, находясь с вами на Земле Израиля, я бы поистине не оставил вас, и поистине мой отъезд от вас был в точности ради вашего блага.
И вот, насчет моего дальнейшего путешествия еще ничего не определено, ибо туман покрывает лицо всего мира, и я не знаю, с какого угла начать мою работу, и это причиняет мне огромные труды и заботы, которые невозможно описать письменно. Сразу по приезде в Лондон я потерял всякое желание ехать в Америку, ибо я нашел ее жителей в крайне пугающем состоянии: помимо великого мрака, объемлющего их вплоть до преисподней, они еще круглые сутки окованы железными цепями и вечно озабочены добыванием пропитания, так что мне совершенно не с кем там разговаривать. И я говорил с людьми, прибывшими из Америки, пробывшими там долгое время, и узнал от них, что там положение в этих вопросах еще хуже. Поэтому я сижу и думаю, как пробить себе путь здесь, и после того, как Всевышний поможет мне здесь успехом, я попробую путь в Америку. Однако до сих пор у меня даже здесь нет никакой проложенной передо мной дороги, и на каждом шагу, который я хочу сделать, у меня множество препятствий, у меня нет ни единого человека, который помог бы мне, и я никогда в жизни не имел опыта в подобных делах.
Но я принимаю всё это с любовью из-за надежды на то, что в конце концов я удостоюсь совершить задуманное с помощью Всевышнего, и из этого вы поймете причину, почему я ничего не пишу вам о своих здешних делах и мыслях.
Однако, когда я удостоюсь каких-то реальных вещей, я, конечно же, сообщу вам. И прошу чаще писать мне письма, а я вопрошаю о твоем мире и благословляю тебя всяческим благом.
Йехуда Лейб